Принятая Палатой представителей Конгресса США резолюция в отношении событий 1915 года в Османской империи носит явно политизированный характер и никоим образом не будет способствовать историческим исследованиям, в особенности, в современной Турции в отношении переселения армян во время первой Мировой войны, а тем более какого-либо диалога между Арменией и Турцией.

Как сообщает АЗЕРТАДЖ, такое мнение высказал председатель Центра анализа международных отношений Фарид Шафиев.

Он считает, что принятие решения в данный момент - во время проведения Турцией операции в Сирии наравне с объявленными санкциями США в отношении Анкары - еще более подчеркивает геополитический характер резолюции и опять же подрывает исторический контекст событий.

В целом, это показывает, что внешняя политика США, с одной стороны, все больше становится зависимой от этно-националистического лобби в Вашингтоне, а с другой стороны, - транзакционной, неустойчивой. Это отчасти результат того, что основные игроки во внутренней политике США – Республиканская и Демократическая партии за последние 30 лет все больше подпадают под влияние религиозного и этно-националистического фактора, соответственно, что в корне противоречит долгосрочным национальным интересам США, да и в целом, принципам демократии.

«Если рассматривать внешнеполитический характер резолюции, то, скорее всего, он нанесет ущерб ухудшающимся союзническим отношениям США с Турцией, но еще важнее – будет примером неустойчивой сиюминутной политики Вашингтона в регионе.

Что касается исторического контекста, в целом, является абсурдным тот факт, что политики, не имеющие никакого профессионального исторического образования, принимают решения по проблеме, требующей чисто научного подхода», - сказал Шафиев.

Руководитель центра отметил, что Армения и армянское лобби представляют принятие резолюции как историческую победу. На самом же деле принятие документа сейчас в контексте происходящего в регионе показывает тот факт, что, как и в 1915 году, армянский вопрос используется мировыми державами в качестве инструмента внешней политики.